Все начитается с игры
На встречу к своему преподавателю, художественному руководителю театра «Игра» Рауфу Хабибуллину Василиса Колмакова пришла, испытывая смешанные чувства – ей было непривычно ощущать себя гостьей в «Игре», такой родной и с детства знакомой, а с другой стороны, ей было интересно посмотреть на обновленное пространство своей альма-матер глазами уже почти взрослой девушки. Вместе со своей мамой Натальей она приехала в назначенный час, очень улыбчивая, светлая и такая же по-детски открытая, как и пять лет назад, когда все только начиналось. Василиса рассказала нам о поступлении в Казахскую национальную академию искусств имени Жургенова, о трудностях обучения в онлайн-формате, о планах на будущее и о том, чем стала в ее жизни школа-театр «Игра».
Рауф: Актерская профессия одна из самых сложных профессий в мире. Нагрузку, которую испытывает актер, можно сравнить с перегрузками космонавта, но это не только физическая нагрузка, но и психологическая. Так вот, поэтому первый вопрос я хочу адресовать маме Василисы. Наталья, как вы разрешили своей дочке выбрать такую сложную профессию?
Наталья: Просто я ее слушала всегда, старалась поддерживать во всем, видела, что у нее это хорошо получается все творческое. С пяти лет она хотела выступать на сцене и всегда она была в центре внимания. Когда она хотела на танцы или на музыку, то мы туда записывались, так было и с театральной школой. Сначала это были выступления в развивайке, потом мы начали уже осознано искать театральные студии и нашли в интернете объявление «Игры». Тогда еще только-только вы открылись, и Василиса попала на самый первый ваш набор. И я так рада, что мы к вам попали и это для нас просто счастливый билет, потому что все время, проведенное в «Игре», это был праздник всегда. Мы просто бежали сюда каждую субботу и воскресенье. Спасибо вам за это открытие, за этот мир.
Рауф: Спасибо вам за доверие. Благодаря таким родителям как вы у нас такие ученики, а вот интересно, связана ли ваша профессия с творчеством как-то?

Наталья: Специальность у меня совершенно не творческая, но вокруг меня всегда были люди, которые чем-то таким интересным занимались. Сама я очень люблю театр, стараюсь бывать на всех премьерах.

Рауф:
А как вы думаете, актерское мастерство помогает в обычной жизни?

Наталья: Я думаю, что оно помогает лучше адаптироваться к жизни, в любой ситуации чувствовать себя комфортно.

Рауф: Василиса, а сколько времени ты занималась в «Игре»?

Василиса: В «Игре» я занималась три года и вспоминаю это время с трепетом. Как мама сказала, это всегда был праздник и эти воспоминания греют душу до сих пор. Я так рада, что сюда попала!

Рауф: А изменила ли «Игра» твое отношение к творчеству?

Василиса: Да, именно тут я поняла, что актерская профессия – это серьезное дело, которое требует дисциплины и серьезной работы над собой. Я и сама изменилась, например, у меня был тихий голос, я была обычным ребенком. Ну, а после трех лет в «Игре» стала чувствовать себя комфортно в любой ситуации, в любой обстановке, даже если неловкая пауза, я как бы, не то чтобы не замечаю, меня это не тревожит. Думаю, что вы дали мне этот стержень, я нигде и никогда не растеряюсь.

Рауф: Наталья, а вы какие изменения заметили в Василисе?

Наталья: Вот у многих подростков в этот период какие-то начинаются комплексы, а у Василисы этого не было и это не значит, что она там развязная, нет. Она просто научилась находить подход к людям и, интересно, что ее всегда все запоминают. Это со стороны выглядит как магия, хотя она ничего не делает для этого необычного.
Василиса
Рауф: Конечно, харизматичных людей с хорошо поставленным голосом всегда запоминают. Василиса, и все же, откуда такое стремление стать актрисой? Откуда это пришло?

Василиса: Мне всегда очень хотелось удивлять, всегда думала, что я могу сделать, чтобы люди заинтересовались мной. Всегда вокруг меня собирались дети, я была таким аниматором, можно сказать. Хотелось, чтобы это было всегда в моей жизни, я думала, чем бы таким заняться и дальше, чтобы радовать людей и мне самой было не скучно.

Рауф: Да, эта профессия скучать точно никогда не даст. Вообще удивительная профессия и как мой мастер Адриасян Рубен Суренович говорил нам, своим воспитанникам, что актер – это человек, который за одну и ту же зарплату готов делать намного больше. В нашей профессии работать надо много, и я знаю, что ты сейчас как раз много работаешь над собой, обучаешься в академии Жургенова. Расскажи нам об этом.

Василиса: Да, я обучаюсь по специальности «Актер музыкального театра» в КазНАИ имени Жургенова, но беда в том, что обучение дистанционное.


Наталья: Это еще счастье, что мастер курса Игорь Владимирович Ермашов и у него есть собственный театр ЛТЕ. Так ребята хотя бы раз в неделю могут туда приходить и заниматься актерским мастерством, сценической речью. Все остальное онлайн.

Рауф: А сколько человек у вас в группе?

Василиса: Девять человек – восемь девочек и один мальчик.

Рауф: Куда мальчики-то делись?

Василиса: Не знаю.

Наталья: Вся проблема была в том, что не было рекламы о наборе курса. В академии набирают русский курс раз в три-четыре года и об этом нигде не сообщалось заранее, а мы просто туда пришли проверить.

Рауф: Вот и я в свое время также пришел проверить и тоже не было никакой информации, я не знаю почему так случается… Значит, второй год обучения и он идет онлайн, да? Вот сейчас, кстати, ученые анализируют ситуацию и прогнозируют, что это скажется неблагоприятно именно на творческих профессиях. Когда ты удаленно учишься, не общаясь напрямую с мастерами, не случается нужного контакта, поэтому нужно самому самообразовываться, только самому, благо что есть прийти куда и позаниматься вместе с мастером, это классно…. Расскажи, пожалуйста, об особенностях обучения в академии. На первом курсе же все-таки были занятия офлайн?

Василиса: Многие упражнения, которые нам давали на первом курсе – все это почти мы делали в «Игре», например, на импульс, там пристройка-отстройка, на развитие памяти. Когда начались занятия с мастером, с Ермашовым, то уже начали гонять нас по теории Станиславского. Сейчас мы практикуемся в ЛТЕ, интересно, что после каждого занятия мы пылесосим театр.


Ошибаться – это не конец света
Рауф: Ну, это нормально, мы тоже мыли в студенчестве свою аудиторию, даже так скажу, допустим японские актеры, приходя в свой театр, полностью моют сцену, стены, потолок. Так актеры учатся трудиться и уважать то пространство, где они находятся. Кстати, еще такое упражнение по энергетической чистке пространства, мы этим тоже занимались. Есть такой великолепный педагог, актер, режиссер Юрий Альшиц, Василиса, обязательно почитай, посмотри его тренинги, он адаптировал японскую систему и создал тренинг по подготовке пространства к работе на энергетическом уровне и мы, например, пылесосили в том числе и воображаемую пыль. Это как бы разогревает на энергетическом уровне, актер же работает с энергией, он в какой-то мере воздействуя на зрителя. То есть мы даже дважды мыли – сначала на физическом уровне помоем, потом на метафизическом… Что еще интересного в академии?

Василиса: Ну, там есть сильные уклоны на сценическое движение, но опять-таки из-за дистанционки сложно с отработкой навыков. Вот нам говорят делать колесо дома и там у кого-то вот такие малюсенькие квартиры, у кого-то там дети постоянно бегают, ну, в общем, вы можете себе представить.

Рауф: А скажи, пожалуйста, вот какой самый полезный совет или что-то самое важное, что ты вынесла из «Игры»?

Василиса: Ошибаться – это не конец света. Когда я сюда пришла, я думала, что сделала ошибку и все капец, а, оказалось, что не капец, все поправимо, что это даже в опыт идет. Взрослые говорят об этом постоянно, но пока сам это не прочувствуешь, все бесполезно. В «Игре» как раз давали эту возможность ошибаться, но никто тебя за это не осуждал, все было в формате игры как раз.
Рауф: Что еще?

Василиса: Не бояться показаться глупым, вот это тоже здорово.

Рауф: Да уж, это не каждый себе может позволить.

Василиса: Ну вот, а мне теперь не страшно.

Рауф: На самом деле это очень большое преимущество в жизни, а для актера тем более. В идеале у актера в работе не должно существовать личных границ. Потом самоирония, умение посмеяться над собой, да это и в жизни очень пригодится! Пригождается, когда ты с удовольствием над собой можешь посмеяться, а еще лучше, когда над тобой посмеются, а тебя не задевает совершенно, тебе тоже весело, но в то же время всю эту клоунаду можно снять за секунду и стать абсолютно серьезным, как мы сейчас с тобой сидим и на серьезные темы говорим… Хорошо, а скажи, пожалуйста, кто твой любимый преподаватель в «Игре», режиссер, с кем ты работала?

Василиса: О, это сложно, потому что я люблю всех, с кем я занималась! Первые занятия проводил Михаил Токарев – он такую базу дал в плане голоса! Мы же тогда начинали со стихотворений. Михаил Михайлович показал, как именно подойти к стиху, как взять его за рога, не бояться его. Вот это дало мне хорошую базу, я перестала бояться текста, а ведь у нас же были сложные стихи. Например, «Мать» Олжаса Сулейменова, я смотрела на это стихотворение и думала, боже, как я это осилю? Михаил Токарев заложил эту основу и научил тому, что очень важно понимать то, о чем ты говоришь. Потом, Рауф, мы часто занимались с вами, я помню ваши уроки, честно скажу, уроки с вами были тяжелыми, потому что они были очень энергичными, вы хотели, как можно больше в нас вложить. Вообще от всех преподавателей в «Игре» исходит такая мощная энергия, что я просто поначалу обалдевала от того, что у вас тут происходит.


Рауф: Кого еще помнишь?

Василиса: С Алиной Амели, хореографом, обожаю ее всем сердцем, настолько классные были занятия, они были физически сложными и вот эти вот растяжки и когда там кто-то что-то не понимает, но идет командная работа и ты сотый раз это со всеми отстающими отрабатываешь... Я помню еще как мы работали с Лидией Лагуновой, это была работа над речью – никогда не забуду, как мы стояли в планке и параллельно пели песню какую-то по два раза, надо было спеть эту песенку и только потом нам можно было передохнуть. Думаю, что это тоже дало мне какую-то опору в голосе.

Рауф: Да, Лидия замечательный педагог по речи. Кто еще?

Василиса: Рената Касиманова, педагог по вокалу, она такой лучик солнышка, на ее занятиях было ощущение как будто мы сидим возле костра с гитарой, мы отдыхали душой. У Ренаты терпение просто неиссякаемое – она вытягивала таких ребят, которые не знали нотную грамоту, но в итоге пели наравне со мной, а у меня музыкальная школа за плечами. Ну и Азамат Абдильдинов, честно приходила к нему как к себе домой, у него я научилась не бояться быть непонятой. С Азаматом спектакль было оставить одно удовольствие и каждая репетиция была как маленький спектакль, знаете, как капустник.

Рауф: Думаю, что нашим преподавателям будет приятно это читать.

Василиса: Да! Вот еще Сергей Тейфель, такую бешеную теорию нам давал! Это были такие тренинги ни на что не похожие.

Рауф: Да, у Сергея другая школа. Мы учились вместе в академии, но он учился на немецком курсе, это немецкая театральная школа и его педагоги были из Германии.

Василиса: Я помню еще Алексея Кащина. Он интриговал нас своим поведением, очень харизматичный человек, помню, учил нас импровизации. Вообще, я очень рада, что за три года я повидала столько учителей.

Рауф: Вашему курсу очень-очень повезло, вы были первые и пусть у нас еще не было четкой методики обучения, но мы просто передавали свои знания в чистом виде, поэтому вы получили самый сок, самый концентрат.

Василиса: Да, так приятно смотреть как вы сейчас развиваетесь и думать, что я-то была в самом начале, у истоков! У вас постоянно что-то новое, в Инстаграм заходишь и у вас постоянно конкурсы, кастинги, какие-то активности. Классно, что вы на месте не стоите, вот это здорово. Я так переживала во время карантина, думала, что с вами будет, потому что все онлайн, но вы неубиваемые!

Рауф: Мы быстро трансформировались, переключились, переформатировались. У нас был экстренный сбор, планерка, мозговой штурм, чтобы понять, как нам продолжать работу в условиях пандемии. Да, и мы запустили несколько онлайн- курсов, один курс был с детьми 5-7 лет. Эти малыши еще и спектакль сыграли! Это было колоссально сложно, но мы это сделали! Все эти испытания прошли и выжили благодаря опять же, таким преданным, верным ученикам и родителям как вы!

Василиса: Так всегда и будет, я надеюсь, потому что по-другому не может быть, где настоящее творчество, там всегда настоящие люди.
Рауф: Скажи, пожалуйста, а через пять лет где и кем ты себя видишь? Кем, наверное, это понятно. А вот где?

Василиса: Очень хотела бы перебраться в Москву, меня влечет туда. Я хочу туда и мне не страшно даже если там какое-то время не поступлю. Я буду там даже, если мне будет 40! Да, я не намерена отступать!

Рауф: Приятно слышать от тебя, что ты хочешь дальше двигаться и это самое, пожалуй, логичное и верное решение ехать именно в Москву, потому что для русскоязычных актеров Москва – это центр. Она и всегда была центром, многие мастера мне говорили и актеры старшего поколения, если ты хочешь продвигаться, идти к популярности, к славе, к признанию своего таланта, хорошо зарабатывать, то это только тогда тебе туда. Но для поступления в московский театр потребуются крепкие нервы. Готова?

Василиса: Да, я очень буду стараться двигаться в этом направлении, опять-таки хочу сказать спасибо вам огромное за то, что, несмотря ни на что, у меня будет та искра, которую вы во мне зажгли.

Рауф: Прекрасные слова, а твоя мама готова будет поддерживать тебя всегда?

Наталья: Я этим только и занимаюсь постоянно, конечно, готова.


Беседовал Рауф Хабибуллин


Это было первое интервью в жизни Василисы, на которое ее пригласил преподаватель и художественный руководитель театра «Игра» Рауф Хабибуллин. Василиса Колмакова пришла в «Игру» в числе самых первых учеников, в далеком 2015 году. Вот уже два года испытывая смешанные чувства – ей было непривычно ощущать себя гостьей в «Игре», такой родной и с детства знакомой, а с другой стороны, она хотела посмотреть на обновленное пространство своей альма-матер глазами уже почти взрослой девушки. Вместе со своей мамой Натальей она приехала в назначенный час, очень улыбчивая, светлая и такая же по-детски открытая, как и пять лет назад, когда все только начиналось.
Василиса рассказала нам о поступлении в Казахскую национальную академию искусств имени Жургенова, о трудностях обучения в онлайн-формате, о планах на будущее и о том, чем стала в ее жизни школа-театр «Игра».
Made on
Tilda